Лайфстайл-предприниматели: жить или работать?

Иллюстрации предоставлены онлайн-школой городских предпринимателей «Вектор»

Кто начинает свой бизнес, тот работает на износ, и времени на близких людей и развлечения почти не остаётся. А у лайфстайл-предпринимателей получается одновременно зарабатывать деньги и получать удовольствие от жизни. Как им это удаётся — читайте в новом материале блога онлайн-школы городских предпринимателей «Вектор».

Герой английского сериала Black Books Бернард Блэк — владелец маленького книжного магазина в Лондоне. Целыми днями он сидит на кассе, уткнувшись в книгу, потягивая красное вино и выкуривая сигарету за сигаретой. Если посетители магазина начинают ему докучать, он не задумываясь выгоняет их метлой. Бернард не силён в бухгалтерской отчётности, и в одной из серий он мастерит себе пиджак из кассовых счетов. Для Бернарда Блэка, которого играет ирландский комик Дилан Моран, книжный магазин — это не способ заработать миллион и открыть целую сеть, а возможность жить отшельником — так, как ему удобно.

Конечно, вечно растрёпанный мизантроп Блэк — пародия на лайфстайл-предпринимателей. Этот новый термин закрепился за представителями малого и среднего бизнеса в США и Европе, которые отказываются участвовать в погоне за наживой и в своей шкале ценностей ставят свободное время, качество жизни и творчество выше бизнес-показателей. Они, как правило, открывают свой ресторан или бар, веломастерскую или гэстхаус. Но сюда относится и юридическая фирма, и интернет-стартап, если они занимают узкую продуктовую или географическую нишу. Главное, что их владельцы ставят личные интересы выше прибыли.

5 признаков лайфстайл-предпринимателя:

— ценит возможность проводить время с близкими и путешествовать выше дополнительной прибыли
— не будет расширять свой бизнес, если придётся пожертвовать привычным образом жизни
— живёт на доход от бизнеса
— бизнес вырастает из хобби, интереса или увлечения
— бизнес — это способ поддерживать комфортный и удобный образ жизни

Существуют ли лайфстайл-предприниматели в России? Можно ли превратить своё увлечение в бизнес, работать столько времени, сколько хочется, и при этом достаточно зарабатывать на жизнь? Мы задали эти вопросы молодым предпринимателям из Москвы, Санкт-Петербурга, Сочи, Самары и Ханоя.

Москва и Санкт-Петербург: аналоговые фотокабины Schnellfoto

Фото: Schnellfoto

Первую фотокабину Ира Алаева и её друзья купили за 300 долларов. Она пылилась на складе в разобранном виде, провода и внутренние детали отсутствовали. Ребята сняли гараж в Замоскворечье и три месяца методом проб и ошибок восстанавливали электрическую цепь. Потом нашли в Ростове-на-Дону ещё две фотокабины, выкупили их и привели в порядок. Теперь за 100 рублей каждый может сфотографироваться и получить полоску из четырёх чёрно-белых снимков в одной из фотокабин на территории Центра современного искусства Винзавод в Москве и в музее советских игровых автоматов Санкт-Петербурге.

— Это твой основной источник дохода?

— Да, мне хватает этого на жизнь.

— Сколько часов в неделю ты тратишь?

— Честно, никогда не задумывалась об этом. Каждый месяц надо менять фотохимию: проявитель, отбелку, фиксаж, тонер. Раз в неделю езжу посмотреть, всё ли в порядке. Ретромашины — как старенькие люди, за ними нужно ухаживать. Может случиться, что пружина распружинилась, и из-за этого бумага не отрезается. Пока ты всё это не переберёшь, не развинтишь, не раскрутишь — не найдёшь ошибку.

— Ты хотела бы расширять свой бизнес?

— Для этого просто нет физической возможности. В СССР когда-то было много фотобудок, они стояли в каждому аэропорту. А потом куда-то исчезли — наверно, их отправили на свалку или переработку. Привезти из Европы практически невозможно. Нужно быть миллионером, чтобы организовать перевозку, растаможить — документов и техпаспортов на них нет.

— Можно ведь поставить цифровые фотобудки?

— Цифровые и так стоят во всех вестибюлях метро. Но это просто коробка с дешёвой цифровой камерой и принтером. И бабушка сидит и нажимает кнопку. А в наших фотобудках даже камера не похожа на обычную фотокамеру. Это специальное устройство, которое фиксирует изображение не на пленку, а сразу на фотобумагу.

Санкт-Петербург: бар brimborium

Фото: Дима Цыренщиков

Бар brimborium — это в прямом смысле семейное предприятие брата и сестры. Варя отвечает за то, чтобы в меню всегда были домашняя выпечка и вкусная и здоровая еда по сезону, а Егор — за разнообразие домашних настоек, которых больше, чем в любом другом баре Петербурга. За барной стойкой можно встретить актёров, фотографов и просто ребят, для которых делать шоты и коктейли несколько раз в неделю — это способ познакомиться и пообщаться с новыми людьми. В баре регулярно происходят самые разные события: от художественного аукциона и политических дебатов до заседаний шахматного кружка и уроков игры на укулеле.

— Почему вы решили открыть свой бар?

Егор: — Не представляю занятия лучше, чем держать свой бар.

— Можете ли вы жить на доход от бара?

— Конечно, всегда хотелось бы зарабатывать больше, чем сегодня, но других источников дохода у нас нет, и живём мы только на эти деньги.

— Сколько часов в неделю вы тратите на работу и управление баром?

— Сложно сказать точно. Стараемся проводить по две-три смены в неделю за стойкой или на кухне, как все члены команды, но кроме этого есть ещё очень много дел от бухгалтерии и закупок до ведения социальных сетей. Скоро собираемся запускать свой сайт. Я бы сказал так: работа по бару занимает вообще всё моё время, зато это самая приятная работа, и вести её можно в таком расслабленном режиме, в каком это только может быть комфортно.

— Хотите ли вы расширяться? Почему?

— Расширение — это точно не про brimborium, потому что это единичная история, построенная исключительно на личностных отношениях и создаваемая вместе с нами нашими постоянными гостями. Здесь слишком много переменных, счастливо совпавших в одном месте. Да и зачем копировать что-то одно.

Самара: мини-ателье Ubka

Фото: Ubka

Сабина Гусейнова в этом году заканчивает университет и всё свободное от написание диплома время проводит в своем мини-ателье Ubka. Юбки — любимая вещь в гардеробе Сабины, несколько лет назад она начала их шить для себя просто потому, что сшить оказалось проще, чем найти модель, которая понравится. Когда Сабина одела всех знакомых, сработало сарафанное радио, и теперь каждый может заказать себе простую девчачью юбку через группу «ВКонтакте» или померить их в шоуруме Lesnik. Готовые юбки стоят до 1000 рублей, а если шить на заказ, то немного дороже. Если заказчик живёт за пределами Самары, юбки пересылают по почте.

— Ты можешь жить на доходы от ателье?

— Могу признаться, сначала было тяжко. Надо было покупать машинки, ткани, оборудование — на них первое время уходил мой заработок. Сейчас, когда моя одежда продаётся в шоурумах и есть постоянные покупали, стало легче дышать. Но в любом случае приходится много вкладывать в новые коллекции.

— Сколько времени ты тратишь на ателье?

— Я трачу всё своё свободное время от учёбы и тренировок. Даже когда я не в ателье, а, к примеру, на паре или на тренировке, я всё равно думаю об одежде, придумываю детали или даю названия коллекциям. Одним словом, я живу тем, что делаю, и я не считаю времени.

— Ты планируешь расширять ателье? Брать помощников?

— В марте моему бренду будет год, и я хочу открыть мастерскую-магазин, набрать помощников. Сейчас со мной сотрудничают мои друзья. Логотип мне разработал молодой студент-дизайнер, над детской линий трудится девушка в декрете, которой сложно работать полный рабочей день.

Москва: обувь ручной работы Kim Malygin

Фото: Филипп Задорожный

Дизайнер Ким Малыгин выучился делать обувь благодаря обучающим роликам на youtube. До этого Ким десять лет катался на скейте. Потом решил заняться дизайном, пробовал шить одежду, но не пошло. Сейчас Ким снимает мастерскую в бывшем цехе на Электрозаводе, сам вытачивает колодки из дерева, придумывает модели обуви и изготавливает их. Каждая пара обуви уникальна, её идея возникает в процессе работы. А вот заказать у дизайнера конкретную пару обуви непросто. «Я не буду делать обувь, которую увидели в каком-то журнале, или менять собственные модели под чужой вкус, если это полностью меняет их концепцию. Вы же не просите художника перерисовать картину, если вам не нравится какая-то деталь на холсте?».

— Ты можешь жить на доходы, которые приносит тебе создание обуви?

— Обувь — это мой главный и единственный источник заработка.

— Сколько часов в неделю ты работаешь в мастерской?

— По-разному. Я могу работать по 6–8 часов в день пять дней в неделю, а могу и не работать неделю. Всё зависит от объёма работы. Вообще для меня это одновременно и хобби, и работа.

— Ты планируешь расширять производство?

— Да, мне хотелось бы нанять подмастерье или работать на пару с друзьями, но, к сожалению, пока что ни то, ни другое не получается.

Минск — Ханой: антикафе Timeclub Hanoi

Фото: Татьяна Писарчук

Оставив в Минске плохую погоду и должность руководителя проекта, маркетолог Татьяна Писарчук переехала в Ханой с идеей открыть первое во Вьетнаме антикафе. На деле оказалось, что вести свой небольшой бизнес в другой стране сложнее, чем зарабатывать миллионы долларов для крупной компании. С одной стороны, другой менталитет и местная коррупция. С другой стороны, чтобы развивать антикафе и привлекать новых гостей, Татьяне приходится каждый день общаться, знакомиться с потенциальными партнёрами, участвовать во всевозможных организациях от Международного женского клуба в Ханое до клуба роллеров.

— Ты можешь жить на доходы от антикафе?

— Нет, сейчас мой бизнес в убытках. Это связано с некоторыми факторами. Во-первых, в такого рода бизнесе я новичок, и многие вещи, связанные с обслуживанием, стали для меня открытием. Например, в моём кафе 80% посетителей — это мои друзья и знакомые, которые знают меня лично и испытывают ко мне симпатию. Я использую всю свою харизму и обаяние, чтобы завести новые знакомства и тогда, я уже знаю теперь, они придут ко мне в Timeclub. Во-вторых, персонал. Хорошую команду подобрать очень сложно, это занимает время и тормозит развитие. Управлять в условиях другой культуры тоже непросто, я каждый день учусь на ошибках. Все эти усилия — не ради денег. Если бы я гналась за деньгами, то открыла бы совершенно другой бизнес: пивной бар или возила бы товары в Беларусь.

— Сколько часов в неделю уходит на управление?

— 25 часов в сутки.

— Ты планируешь расширяться, например, открывать ещё одно антикафе?

— Нет, концепт антикафе на севере Вьетнама не работает, я буду менять концепцию заведения в ближайшее время. Мы будем перепозиционироваться с антикафе на фанкафе. Мы продавали время, а сейчас будем продавать развлечения. Вечеринки, дни рождения, крафт-классы, школу поваров, реальные квесты и прочее. Стартаперам могу посоветовать те же банальные вещи, которые советуют опытные бизнесмены: 1) Начинай с малого, 2) Будь готов к тому, что вначале бизнес будет в убытках 3), Рассчитай деньги так, чтобы хватило на первое время, 4) Всегда имей план Б.

Читать также:


Тактический урбанизм: как менять город быстро
Вместо того, чтобы придумывать неподъёмные проекты, которые умрут на стадии поиска инвестора, тактические урбанисты предлагают начинать с малого. Любой проект можно протестировать в собственном дворе, оценить его перспективы и подводные камни, а уже потом спасать весь город.


Пекка Вильякайнен: «Следующая суперкомпания может родиться в любой деревне»
Финский бизнесмен и советник фонда «Сколково» Пекка Вильякайнен посетил Новосибирск в рамках Russian Startup Tour и рассказал «Сибурбии» о ситуации со стартапами, губернаторами и стереотипами в регионах.


Многое для малого
Простая схема поможет разобраться, какие формы поддержки молодежного предпринимательства, будь то стартап или уже действующий бизнес, есть в Новосибирской области.


Добавить комментарий

Пожалуйста, введите имя

Обязательно

Введите верный адрес email

Обязательно

Введите свое сообщение

Siburbia © 2017 Все права защищены

.