Текст, фото: Дмитрий Поповский
Дмитрий Поповский
архитектор
Современная жизнь стремительна и изменчива, а технический прогресс неумолим. Всё меняется не в течение жизни нескольких поколений, а буквально за пару десятилетий или даже лет. Я, не достигнув ещё тридцатилетнего возраста, наблюдал, как CD- и DVD-диски вытеснили видеокассеты, а потом сами стали жертвой флешек и скоростного интернета. Повинуясь духу времени, архитекторы покинули свои громоздкие кульманы, оставили кальки и синьки, рапидографы и рейсфедеры. Теперь они работают на ноутбуках и стационарных компьютерах, всматриваясь в бесчисленные линии на мониторах. Слово «планшет» всё реже означает прямоугольник из досок и фанеры размером метр на метр. Сегодня это гаджет, помещающийся в небольшую сумку и позволяющий оперативно продемонстрировать заказчику своё портфолио. Ручная графика стала редким явлением, её вытеснила компьютерная визуализация, подчас гиперреалистичная. Время течёт, всё меняется.
Вспомнить о том, каким был архитектор в докомпьютерную эпоху, предлагает открывшаяся 10 декабря выставка «Never-сибирск: нереализованные проекты сибирских архитекторов». Экспозиция занимает три зала Музея города Новосибирска, расположенного на пересечении улиц Советской и Потанинской. Звучное название выставки, выбранное организаторами, слегка вводит в заблуждение: нереализованных проектов, разработанных для разных городов Сибири и, прежде всего, Новосибирска, представлено не так много, как хотелось бы. Зато те, которые вошли в экспозицию, безусловно интересны.
Внимательно рассмотрите нереализованный генплан Новосибирска 1920-х годов: проспект Дзержинского доведён до центра города, в Октябрьском районе пробиты диагональные магистрали, читаются транспортные кольца. Интересна реконструкция площади Ленина и прилегающих кварталов: снос Торгового корпуса (Краеведческого музея), масштабная колоннада вдоль улиц Орджоникидзе и Депутатской и памятник, стоящий как раз на месте скульптурной композиции, критикуемой за то, что она загораживает «наше всё» — Театр оперы и балета.
Грандиозный замысел Дома науки и культуры, способного быть и планетарием, и цирком, и местом для показа водных пантомим, оказался труднореализуемым в момент строительства. В итоге многофункциональный комплекс стал театром, а конструктивистский объём обрёл декор сталинской эпохи.
Непостроенный Новосибирск — не главное, чем примечательна выставка. Прежде всего, это пиршество архитектурной графики — от студенческих работ до вполне серьёзных проектов профессиональных архитекторов. В экспозиции можно проследить и некую эволюцию графики, так как не все работы выполнены в технике ручной подачи. Присутствуют компьютерная визуализация и смешанная техника — когда отстроенная при помощи современных технологий перспектива раскрашена вручную.
Не проектированием единым жили архитекторы. Их второй страстью вполне могли быть рисунок и живопись. В экспозиции представлены зарисовки, наброски и акварели Е. А. Ащепкова, С. Н. Баландина, Б. А. Захарова, А. А. Кондратьева, А. Н. Лаптяйкина, Н. В. Васильева. А некоторые молодые архитекторы в настоящее время занимаются изготовлением подарочных открыток с архитектурными символами города.
Ещё одна сторона выставки — это демонстрация нескольких эпох, начиная с дореволюционной России и заканчивая постсоветской действительностью. Особый акцент организаторы сделали на Постановлении Центрального Комитета КПСС и Совета министров СССР «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве». Постановление стало своеобразной ширмой, занавесом. Проникнув за него, посетитель выставки покидает эпоху сталинского ампира и погружается в советский модернизм второй половины ХХ века, возникший в результате Постановления, текст которого размещён на занавесе.
Забавные комиксы, размещённые на стенах залов, более полно раскрывают особенности профессии и одновременно разбавляют официоз серьёзных проектов, придавая всей выставке человечности и лёгкого очарования.
Наконец, в экспозиции прослеживается своеобразная связь поколений. Дети, посещающие выставку, могут поиграть с кубиками-мозаикой или раскрасить Новосибирск, изображённый художником В. Н. Куриловым. Кто знает, может быть, кто-то из маленьких посетителей подрастёт и захочет стать архитектором…
Чем там занимаются студенты в архитектурных вузах? Рисунок, живопись, макетирование и, конечно же, курсовые проекты — от небольших киосков до масштабных библиотек и выставочных павильонов на набережной Оби. И десятилетия назад, и в настоящее время преподаватели стараются дать студентам тему проекта, максимально приближенную к реальности. Говорят о технопарках — студенты создают их концептуальные проекты. Университетские кампусы? Пожалуйста, и это может быть темой курсового или дипломного проекта. Идеи витают в воздухе, и так было всегда.
Здания по этим проектам никогда бы не были построены, но сама идея создания в Новосибирске столь значимых объектов, видимо, озвучивалась неоднократно. И в итоге они возникли, но спустя много лет и совсем в другом архитектурном стиле, созвучном новой эпохе.
У истоков сибирского архитектурного образования стоял выдающийся зодчий А. Д. Крячков, широко практиковавший в Томске и в Новониколаевске-Новосибирске. Ему посвящена часть экспозиции. Здесь представлены личные вещи Крячкова, а также его дореволюционные и советские работы — городское училище для Акмолинска, город-сад при станции Кузнецк и грандиозный Академгородок в центральной части Новосибирска.
Рядом с экспозицией, посвящённой Крячкову, можно увидеть дипломный проект Дворца труда, выполненный студентом К. Карташовым в 1920-х годах. Это старейший дипломный проект, хранящийся в Музее истории архитектуры им. С. Н. Баландина. Руководителем студенческой работы стал видный сибирский зодчий К. К. Лыгин, работавший больше в Томске.
Студент закончит вуз, и вот она — архитектурная практика, из которой реализуется только десять процентов. Остальные проекты ложатся в архивы, а после попадают на выставки — такие, как «Never-сибирск». А что же происходит с теми зданиями, которым суждено возникнуть? Они начинают жить, и в них начинают жить. Что из этого получается, представлено на эффектной подсвеченной стене с чёрно-белыми фотографиями. Подчас странные здания, безобразно остеклённые балконы, сомнительные сочетания, пренебрежительное отношение к памятникам архитектуры. Каждый может сделать вывод, нравится ему это или нет. И важно то, что созерцая «стену плача», понимаешь, что постарались все — и архитекторы, и чиновники, и горожане. Выставка завершается на печальной ноте, но с искрой надежды. Ведь каждый может сделать город лучше, для этого необязательно быть архитектором. Достаточно просто полюбить то место, где ты живешь, и то дело, которое делаешь.
Читать также:
Фронтончик, солнышко, резьба
Молодой новосибирский архитектор Дмитрий Поповский рассказал «Сибурбии» о сибирской деревянной архитектуре, сохранении памятников и о том, почему иностранцы отказывают россиянам в самоуважении.
Город, которого нет
Молодой архитектор Дмитрий Поповский вспоминает историю концепций «идеального города» и объясняет, почему единственное средство создать комфортный город в России — открытый диалог.
Пересказываю — значит, существую
«Легендарная» история Новосибирска насчитывает чуть более столетия, и большая ее часть родилась в советском культурном поле. Однако город не так понятен и прост, как может показаться.