Страна заборов: преграды в России

Иллюстрации предоставлены институтом «Стрелка»
Фотографии: Bridget McKenzie, Егор Слизяк

Можно ли описать Россию, объединяющую множество национальных культур, экономических моделей, климатических зон и часовых поясов, как единое целое? Книга Владимира Каганского «Как устроена Россия», выпущенная издательством Strelka Press — это попытка выделить общие закономерности в устройстве страны. Одна из таких закономерностей — заборы, которые стали неотъемлемой частью российского пейзажа. «Городской конструктор» публикует отрывки из книги, посвящённой этой теме.

Агорафобия в самой большой стране мира

Куда в России ни пойдёшь, рано или поздно в КПП попадёшь. То есть столкнёшься с заставой на выезде из города или целым комплексом застав на границе регионов, охраняемыми воротами или калитками, сторожками или сторожевыми будками и т.д., и нет им числа; огромный объём такого рода внутреннего контроля передвижений поражает. Россия — это страна внутренних границ.

Если в существовании КПП ещё есть некоторый смысл, то в заборах, часто идущих по рвам, насыпям, неудобьям, склонам, болотам, практического смысла нет никакого.

Участки в России принято огораживать в меру собственного благосостояния — но всегда и везде (что дачный участок, что кладбищенский). Характерно, что нередки заборы разных уровней, дублирующие друг друга. Ну, огорожен железобетонной стеной небедный дачный поселок, но ведь и каждый участок этого поселка тоже огорожен хоть какой-то, но отнюдь не символической изгородью с калиткой. А какую функцию выполняет колючая проволока по верху металлического трёхметрового забора вокруг «элитного» дачного поселка?

Частное пространство рубежей, границ, заборов и изгородей ничем не отличается от государственной доминанты разгораживания подвластного ему пространства. Государство и граждане здесь едины — им необходимо находиться в физических выраженных, явно отгороженных и огороженных ячейках среды, границы которых и их пересечение строго контролируются и регламентируются; обязательно место контроля проникновения своих и отсечения посторонних. Любопытно, что ведению ландшафтного дизайна, как он сегодня понимается, подлежит именно пространство между стенами дома и забором, а не пространство за забором.

Что же это значит? Страх и враждебность: советско-постсоветский человек желает отгородиться от посторонних, желает отделиться, защититься, укрыться, спрятаться от толпы и взоров. Многометровые сплошные заборы новых коттеджей, полностью изолирующие своих от чужих, недвусмысленно заявляют о том, что их обладатели не желают видеть ничего кругом и равно не хотят, чтобы их видели, — установка на визуальное (только ли визуальное?) исключение себя из социума.

Такое обилие мест, где своих выделяют из посторонних, показывает, что для людей ландшафт переполнен посторонними.

Остаётся постулировать своеобразную агорафобию: видимо, постоянное пребывание в открытом, неразгороженном пространстве создаёт глубокий дискомфорт.

Но как это соотносится с национальным характером русских — осмысленно прошедших, присвоивших и нередко умно освоивших громадные территории, очень разнообразные в природном и культурном отношении? Либо это освоение громадных территорий было совсем иным, нежели принято считать, либо что-то радикально изменилось.

При этом для власти, масс, множества экспертов громадные размеры пространства страны — сверхценная идея, предмет гордости (если уже не странной гордыни), но ведут себя все они так, как будто расстояний (и различий) в пространстве вообще не существует, будто всё это лишь разные отдельные точки универсума власти.

Приходится сделать неутешительный вывод: культурный ландшафт пребывает во власти пространственно невменяемого общества-государства.

Власть же видит не всё то, что существует, а только лишь то, что имеет определённый статус, заданный сугубо нормативно и даже всего лишь аппаратно.

Образ современного пространства России у политической элиты (как и в средствах массовой информации) географически ничтожен и противоречив, однако устойчив. Даже независимая «Википедия» в своих описаниях тысяч мест России игнорирует ландшафт, как его игнорируют в своём большинстве и сайты мест. Подчеркну, что ландшафт равно отсутствует в сознании верхов и низов, интеллигенции и народа, власти и оппозиции — в этом отрицании ландшафта, отрицании существования самой основы человеческого бытия страна едина.

Непроницаемая страна непознаваема

Страна, которая хочет себя знать, должна позволять себя видеть, позволять перемещаться по ней вдоль и поперёк на транспорте и пешком. Культурный ландшафт — пространство свободы перемещения. В сильной идеализации каждое место ландшафта должно быть доступно для передвижения и/или пребывания хотя бы некоторой группе людей. Осмелюсь даже утверждать, что невозможность двигаться в ландшафте по произвольно выбранной траектории означает небытие ландшафта, то есть несуществование такого пространства, где царят соседские связи мест и соседство осмысленно и непременно к чему-то обязывает. Вследствие структурных особенностей нашего ландшафта по пространству бывшего СССР очень трудно передвигаться, особенно в нестандартном направлении и не в массовом потоке пассажиров. Но дело не только в этих «объективных условиях». Общее впечатление таково, что люди либо передвигаются по крайней надобности стандартными маршрутами, для чего кое-как сделали дороги, пробили тропы и загатили болота, либо не передвигаются вовсе.

Если передвижения в ландшафте ограничиваются сетью утилитарных маршрутов, это может означать только одно: сама по себе местность лишена интереса для осмысленного неутилитарного передвижения, прогулки, путешествия.

Тем не менее, существуют ещё некоторые индивиды и небольшие группы, для которых свободное передвижение в культурном ландшафте имеет как культурную, так и рекреационную ценность. Тем не менее, они в нём явно посторонние. А трудности для перемещения «посторонних» неуклонно возрастали уже с конца советской эпохи, когда к государственным препонам стали добавляться групповые и фактически частные, и теперь они почти непреодолимы. Постсоветское пространство стало ещё менее проницаемым, нежели было плохо проницаемое советское.

Приватизация пространства у нас означает нарушение всех сложившихся норм перемещения, а не только отграничение отдельных непересекаемых участков. Ещё не так давно в большой деревне (любом поселении) с несколькими улицами было несколько сквозных проходов, тропинок и даже проездов между дворами; это было общим неукоснительным правилом. Новые же дачно-коттеджные поселки — независимо от уровня благосостояния владельцев — невозможно пройти насквозь, поскольку они целиком огорожены. Их проектировщики, владельцы и собственники вообще не предполагают существование в данном месте кого-либо кроме них самих. Получается, что отдельные социальные группы не просто изолированы — они не ведают о существовании друг друга.

Полную версию книги в электронном виде можно найти здесь.


Читать также:


Люди и здания: как мы влияем друг на друга
Британский художник Алекс Шведер рассказывает о нескольких архитектурных перформансах, которые помогают людям лучше понять связь с пространством, в котором они живут.


Словарный запас: джентрификация, кейс и кластер
Десятки слов ежегодно приходят в русский язык и используются не к месту и невпопад. Термины теряют своё первоначальное значение, а знакомые слова вдруг появляются в незнакомом контексте — запутаться проще простого. Со словарём урбанистики и архитектуры всё ещё сложнее, поэтому институт «Стрелка» объясняет их в своём «Словарном запасе».


Сделай сам: 10 проектов, которые улучшают город
На этой неделе у нас не только тридцатая «Инстаграмота», но и тридцатый «Городской конструктор». В честь этого институт «Стрелка» выбрал 10 российских региональных проектов, наглядно доказывающих, что в Красноярске, Воронеже, Тюмени и других городах есть люди, которые хотят и могут делать мир вокруг себя лучше и интереснее.


Добро пожаловать в старость: архитектура для пожилых
В следующем веке средний возраст жителя Земли достигнет 45 лет, а это значит, что население планеты в целом сильно состарится. Какими должны быть дома и инфраструктура для пожилых людей, к чьим нуждам всё ещё не приспособлены современные города — рассказывает глава нью-йоркского архитектурного бюро HWKN Маттиас Холлвич.


Стройся: 5 принципов разумной архитектуры
В новом выпуске «Городского конструктора» архитектор Брюс Кувабара приводит пять примеров разумного строительства и рассказывает о том, как одно здание может изменить жизнь целого города.


Просто фантастика: 5 идей с конференции инноваторов
Какие новые изобретения повлияют на облик города в будущем так же, как когда-то лифт и кондиционер — обсудили художники, учёные и исследователи в рамках конференции «Технологии фантастического». А институт «Стрелка» делится этими знаниями с читателями «Сибурбии».


Дизайн вещей будущего: человек и машина
В «Городском конструкторе» — отрывок из книги Дональда А. Норманна «Дизайн вещей будущего» о том, как «умные» вещи управляют нами, а фантастические фильмы становятся реальностью.


Сообщества: скованные одной целью
Серия материалов «Городского конструктора» посвящена городским сообществам — объединениям людей, которые находят себе место в городе или которым помогает в этом кто-то другой. Здесь — краткие аннотации, даты выхода и ссылки на опубликованные материалы.


Точки контакта: общественные пространства в городе
Тема в «Городском конструкторе» — публичные городские пространства, их философия, ритуалы, взаимодействие с человеком и, конечно, разнообразный опыт: советский, азиатский и европейский. Аннотации и расписание выхода текстов — здесь.


Еда в городе: пищевая цепь горожанина
Второй мини-сериал института «Стрелка» в рамках «Городского конструктора» посвящён еде, а именно — её влиянию на городскую среду и жизнь урбанизированной части планеты. Здесь вы найдёте расписание выхода текстов, краткие аннотации и ссылки на уже вышедшие материалы.


Микрорайоны: понять и изменить
Первый мини-сериал в проекте «Городской конструктор» посвящён феномену советских и постсоветских микрорайонов, роли хрущёвок в обществе и возможностям изменения «спальной» среды. Здесь вы найдёте расписание выхода текстов и их краткое описание (чтобы знать, чего ждать).


Добавить комментарий

Пожалуйста, введите имя

Обязательно

Введите верный адрес email

Обязательно

Введите свое сообщение

Siburbia © 2017 Все права защищены

.